Высокое барокко в Риме

8

Эти веяния стали питательной средой для развития и становления высокого (зрелого) . Скажем несколько слов об интеллектуальных и религиозных предпосылках, ставших фоном для стилистических перемен. При Павле V и Сиксте V были достигнуты определенные политические успехи в противостоянии с Испанией и Францией, доминировавшими на Апеннинском полуострове. Протестантство, которое в значительной степени утратило свое влияние в северных регионах с 1580-1590-х годов, занимало оборонительные позиции, в то время как католицизм укрепился и консолидировался. В правление Павла были подтверждены договоренности с церковью Филиппо Нери орденом иезуитов, а 22 мая 1622 года Григорий XV объявил о канонизации Игнатия Лойолы, Терезы Авильской, Филиппо Нери и Франсиско Ксаверия. Это событие ознаменовало конец переходного периода. Восстановление могущества церкви возвещало также о начале пятидесятилетней эры высокого барокко.

В сфере искусства, сведенный к набору формальных приемов маньеристский стиль, противопоставлявший исключение правилу, абстрактное мышление — безудержному полету фантазии, сменялся «диктатурой» барокко во славу католической церкви. Протестанты утверждали, что христиане не сделали ничего, чтобы снискать милость божью, а человек был обречен на работу в поте лица своего, потому что первородный грех приговорил его к этой участи, но этот труд не был путем к спасению. В свою очередь, католики говорили, что Господь дал христианам возможность трудиться ради своего спасения и что именно должна вести человека по этому пути.

Постулаты веры, проповедуемые католической церковью, были собственностью всех верующих и каждый должен был согласиться с этим. Поэтика барокко всячески подчеркивает роль воображения. Искусство — это репрезентация того или иного объекта, однако цель его состоит не только в том, чтобы помочь распознать объект, но и в том, чтобы взволновать, воодушевить и убедить. Искусство, разумеется, не способно подтвердить истинность веры, но оно может дать толчок воображению, вне которого божественная милость становится недоступной. Границы реальности должны быть преодолены: то, что пережито, становится доступным пониманию и перестает быть невозможным.

Высокое барокко в Риме
Высокое барокко в Риме