Театр Короля-Солнца

2

Эпоха барокко предполагала, что весь мир является лишь декорацией для представления человеческой комедии. Эта концепция подтверждается тем, что многочисленные труды по истории, культуре и общественным наукам носили названия "Церковный театр", "Церемониальный историко-политический театр", "Театр власти" и подобные им. Трактаты описывали события и факты, но вместе с тем они предлагали свое толкование "правил игры". Таким образом, жизнь становилась повестью или даже легендой,

каждое общественное событие превращалось в церемонию, а монарх становился живым воплощением идеи своей божественной власти.

Жизнь Людовика XIV как нельзя лучше отражает описанный выше принцип. Двор рассматривался как микрокосм Вселенной, а король правил подобно Юпитеру, Аполлону или просто солнцу, освещающему своими лучами все вокруг. Это представление восходит к античным и раннехристианским источникам. Например, Вергилий в "Буколиках" описывает новый, "золотой" век, в который властвует Король- Солнце. В правление первого христианского императора Константина считалось, что это пророчество предвосхищало рождение Иисуса Христа, Сына Божьего. В начале Нового времени миф о солнце оказался связанным с представлением об утопическом государстве, как, например, в произведении Томмазо Кампанеллы "Город солнца" (1602). Впоследствии в изображении бога Солнца Аполлона утвердилась иконография "Аполлон мусагет", то есть предводитель муз. Одним из наиболее существенных элементов придворной культуры эпохи барокко стало поощрение искусств и наук в их гармонической взаимосвязи, способствующей достижению всеобщего мира.

В описываемое время получили широкое распространение сложные символические системы, и важную роль в этом сыграли батальные сцены, портреты, памятники и панегирический жанр в литературе.

Людовик XIV в роли Аполлона, из серии Анри Гиссе "Ночной балет", 1653 Париж, Национальная библиотека

"Король дает аудиенцию послам Сиама", из придворного альманаха за 1687 год

Париж, Национальная библиотека СПРАВА:

Версальский дворец Спальня Людовика XIV

Театр Короля-Солнца
Театр Короля-Солнца
Театр Короля-Солнца

Триумфальная арка на Новом рынке Гравюра на меди из серии "Триумфальный вход", 1660

Наибольшее значение в этой культуре приобретают те символы, которые олицетворяют монарха. День Людовика XIV уподоблялся движению солнца по небесному своду. Каждое действие, начиная с пробуждения и заканчивая отходом ко сну, включая трапезы, приемы и даже прогулку по саду, обрело символический смысл и являло собой метафору божественного присутствия светила. Книги, посвященные придворному протоколу, фиксируют сложные и длительные церемонии, проходившие под открытым небом, иногда на виду у простого народа. Самым важным моментом этого ритуала был подъем-мlever", когда на восходе король покидал постель и одевался. Целые страницы инструкций описывают каждый шаг и жест множества людей, прислуживавших королю. Протокол предусматривал любую случайность. Таким образом,

Театр Короля-Солнца

Триумфальная арка у фонтана Сен-Жерве, гравюра на меди из серии "Триумфальный вход", 1660

прежде чем монарх успевал подняться с королевского ложа и оказаться полностью одетым, проходили часы. Придворные присутствовали при всех процедурах туалета: близость к королю позволяла им прикоснуться к этой божественной славе.

Очевидно, что и сам дворец, и вся программа его убранства основывались на этой концепции. В Версале, резиденции Короля-Солнца, каждое помещение становилось своеобразным олицетворением главенствующей идеи величия Людовика XIV, а зоны частной жизни фактически не существовало. В самом сердце ансамбля, строго на срединной линии Мраморного двора Людовика III, вытянувшись точно по оси с востока на запад, расположена королевская опочивальня, где и проходила церемония утреннего туалета. Это помещение служило одновременно и местом поклонения и

Театр Короля-Солнца

средоточием власти. В реальный и смысловой центр дворца вела Посольская лестница — самая главная парадная лестница эпохи барокко. Позже она была принесена в жертву перепланировке и разрушена. Восхождение посетителя и движение монарха по ней направлялись с особой тщательностью.

"Главные апартаменты", для которых Лебрен создал целую галерею аллегорических образов богов, служили в основном для занятий государственными делами. Позже они были открыты для посещения членами высшего общества. Там публика трижды в неделю могла развлекаться и танцевать. Этот царственный жест короля призван был демонстрировать его близость и единство с народом. Вразрез с ранними проектами, в которых доминирующей являлась тема Геркулеса, Зеркальная галерея и прилегающие к ней Салоны Войны и Мира были украшены сценами "истории короля от мира в Пиренеях до мира в Ыимвегенс". Официальное истолкование росписей принадлежит перу писателя Франсуа Шарпантье, создавшего краткие подписи к изображениям. Роскошные покои использовались, однако, лишь для больших приемов, хотя программа декорации была опубликована в таких изданиях, как "Меркюр Талант", ежемесячнике придворных новостей.

Парк был столь же важен, сколь и дворец (см. с. 154, 306). Его летние домики, фонтаны, беседки и скульптурные группы составляли превосходную декорацию для грандиозных торжеств. Уже к 1664 году Версаль прославила постановка в его парке "Радостей очарованного острова" — спектакля, созданного в честь королевы (или, скорее, как подозревали современники, в честь мадемуазель де Лавальер — любовницы Людовика XIV), в котором принимал участие сам король, исполнявший роль рыцаря сэра Роджера.

Кульминацией торжеств стало состоявшееся на третий день разрушение дворца Альцины вследствие гигантского фейерверка. Для подобных оказий воздвигались временные сооружения, участвовавшие в спектакле и затем подвергавшиеся уничтожению. Во времена своей молодости Людовик XIV лично принимал участие в театрализованных представлениях. В период между 1651 и 1659 годами он танцевал в "придворном балете", исполняя среди других и роль Аполлона.

Празднества и возведенные для торжеств специальные постройки сыграли существенную роль в искусстве эпохи барокко. Гравюры и воспоминания очевидцев дали нам возможность понять всю важность этих представлений для истории культуры. Они сохраняли свое значение вне зависимости от того, создавались ли для увеселения двора или же для городской толпы. Простому народу праздники позволяли отвлечься от тягостей повседневной жизни. Торжественным

Анри Тестелен

"Кольбер представляет членов Королевской академии наук Людовику XIV", 1667 Холст, масло, 348 х 590 см Музей Версальского дворца

Вечерний спектакль в Мраморном дворе Из серии гравюр "Радости очарованного острова", "День первый", 1664

Театр Короля-Солнца
Театр Короля-Солнца
Театр Короля-Солнца

Жан Лепотр

"Фейерверк над Большим каналом 16 августа 1674 года" Гравюра 1676 года Музей Версальского дворца

входам короля, его наследовавшим средневековые традиции процессиям, пересекавшим весь город, подражала вся Европа. Для них писали поразительные программы, изобретали роскошные украшения, строили деревянные триумфальные арки. Триумф становится выражением государственной доктрины; в представлении участвуют образы идеального мира. Добродетель побеждает пороки, вера торжествует над безбожием, порядок ниспровергает хаос. В центре этого исполненного гармонии мира — король, постоянная величина, любимец богов и по природе своей существо богоподобное. Весь город служил подмостками для этого спектакля, его улицы и, что еще важнее, площади, превращались то в бальный зал, то в театр, то в место казни. Окружающая среда служила частью сложной декорации, своего рода задником, на фоне которого разворачивалась серьезная и возвышенная картина идеального мира.

Театрализованные церемонии такого рода с их идеологической и увеселительной функциями вели свое начало от гражданских и религиозных праздников. В ознаменование государственных визитов, представления королю принцев, дней рождения и даже смерти устраивались дорогостоящие процессии и возводились приличествовавшие случаю архитектурные сооружения. Театрализованный характер носили и церковные праздники, такие, как, например, процессии на Пасхальную седмицу и на праздник Тела Господня. Временная природа триумфальных построек и жесткие хронологические рамки толковались как знак бренности всего сущего и быстротечности времени. .Смысл сакральных и светских аллегорий был ясен и необразованным зрителям — как символические сюжеты, так и словесные и изобразительные метафоры. Риторические фигуры и эмблематика были гораздо понятнее человеку эпохи барокко, нежели нашему современнику.

Придворные празднества — результат совместной работы художников и механиков. Создание соответствующей поводу образной структуры и театральных мизансцен считалось занятием, исполненным высокого художественного смысла. Таким образом, феномен, своим возникновением обязанный взаимодействию разных видов искусства, получил название синтетического произведения.

Версаль, Малый Трианон, Версаль, парк Малого Трианона

1762-1764 любви, 1775

Парадный двор

Жюль Ардуэн-Мансар

Версаль, колоннада Малого Трианона,

1687-1688

Театр Короля-Солнца

т^ии»‘У~- Я11ИШ1 ь 111н»1п^1»тт;^.

Театр Короля-Солнца