Сумерки богов

Случилось же так, что первенство Германии в музыке перешло за последние пять — десять лет к России, как задолго до того перешло к ней и мировое литературное первенство. Появляются, как увидим дальше, признаки некоторого отлива энергии и во французском искусстве, признаки известной усталости, говорящие о возможности в недалеком будущем изменения общей художественной конъюнктуры в Европе, но до сегодняшнего дня Франция все еще впереди.

Германия за всю свою историю не знала эпохи, когда бы она главенствовала в изобразительном искусстве, даже во времена своего наиболее пышного расцвета, не говоря уже о XIX веке. Слава ее отдельных представителей в минувшем столетии выходила за пределы немецких территорий, и временами единичные имена гремели в странах, родственных ей по языку, в Швеции, Норвегии, Дании, Англии и Соединенных Штатах Америки, а также в странах, воспитавшихся на германской культуре, например в бывших австрийских землях. Но никогда немецкие художники недавнего прошлого не находили пути во Францию, не знавшую и не принимавшую германского искусства. Такое неприятие вызывалось не только шовинизмом и политическими мотивами, а исходило главным образом из противоположности и несовместимости двух издревле полярных миров — германского и романского.

Эта взаимоисключающая полярность не слишком еще чувствовалась в середине XIX века, имевшего во всей Европе некую общую схему направлений, представленных во Франции только более даровитыми аналогиями: то, чем хотел быть в Германии Каульбах, стал во Франции талантливый Кутюр, то, к чему стремился немец Фейербах, лучше выразил француз Шассерио, то, что писал мюнхенец Пилоти, интереснее и раньше осуществил парижанин Деларош. Тогда еще не слишком значительная, эта разница стала усиливаться. Во второй половине XIX века Германия была под властным гипнозом своего искусства, искусства Ленбаха, Беклина и Штука.

Я хорошо помню Германию 1890-х годов. Эти три мастера были тогда в зените славы. Каждое новое произведение любого из них бывало событием, составляющим тему нескончаемых дискуссий в художественных кругах. Центром художественной жизни был Мюнхен, куда стекались художники со всех концов света: из Америки, Англии, Скандинавских стран, Австрии, Балкан, России. Не ездили только из Франции.