Поздняя готика

6

Здесь, при исследовании собора Сен- Назер (как и далее в Тулузском соборе Сен-Этьен), мы в полной мере можем осознать двойственность, так сказать, дуализм, системы готических сводов, как бы «разлагающихся» на две конструкции — одну «реальную», выложенную в камне и закрепляющую статику сооружения, и другую «мнимую», показанную лишь направлением и сочетанием линий, главной задачей которых является придание готическим формам собора динамики, легкости и непрерывного устремления ввысь. Именно в этом — то неудержимом подъеме всех линий собора к небесам и воплощается «концептуальная идея» собора Сен — Назер — Сен — Сельс, идея непрерывного мистического «слияния человека с Богом», столь популярная в Средние века, как среди монахов и клириков, так и среди мирян. Такими простыми, на первый взгляд, композиционно-структурными приемами, неизвестному зодчему собора Сен — Назер удалось преобразовать реальную конструкцию собора в изображение тех универсальных, Божественных и органических сил, которые и придают сакральный смысл всему ансамблю культового готического сооружения. Тем самым, архитектор словно «уподобляясь» Творцу Вселенной — как бы «оживляет» мертвый строительный материал, из которого возведен собор, заставляя его выражать определенные религиозно-мистические эмоции и переживания. Это именно те переживания, которые, по сути, и делают из культового архитектурного сооружения — подлинный храм, образно — символический характер которого воплощает типические функции жизни южнофранцузского общества XIII -XIV веков. Эта своеобразная «романтика масштаба» присущая высокой готике и вытекающая из самой природы новой архитектуры, как нельзя лучше подходила для воплощения новых идейно — художественных программ культовой архитектуры Лангедока, программ сочетания реальности и изображения.

Однако, при этом, собор в Каркассоне вовсе нельзя считать «окситанским» культовым сооружением, типа «е§НБе ЮгШее», поскольку — концепция Сен-Назер — это типичное воплошение «лучистой» готика Иль- де-Франса. Ибо по своей концептуальной направленности идейнохудожественные программы собора скорее соответствует идеям «королевских теологов» Парижского университета, нежели «дуалистическим концепциям» смешанным с доминиканской, инквизиторской «нетерпимостью» Лангедока. Возможно, именно вследствие данных причин, целостный ансамбль собора Сен-Назер так и не был завершен после окончания «славной» рыцарской эпохи «Короля- крестоносца», Людовика IX Святого. Поскольку изначально «сотканный» из двух кое-как состыкованных и «сшитых белыми нитками» архитектурных концепций, каждая из которых гениальна по своему исполнению, собор в целом не воплотил в себе «объединяющей», идейно — художественной программы, способной примирить покоренное население Лангедока и «оккупантов» с Севера. Видимо поэтому, половина его романская по духу и по исполнению, до сих пор олицетворяет религиозный экстаз эпохи «Первого Крестового похода» и распространения катаризма, а другая половина собора, вполне достойна стоять в Париже рядом с гением Сен-Шапель, а не являться, по-сути, «пристегнутым» независимым объектом архитектурных экспериментов «парижских» мастеров в Лангедоке.

Тем не менее, Каркассонский собор наглядно свидетельствует нам о том, что во второй половине XIII века готическая архитектура уже не является исключительно местным стилем, характерным только для Иль-де- Франса и прилегающих к нему областей. Теперь выдающиеся архитектурные сооружения становились образцами для подражания независимо от того, где они были воздвигнуты. И мы знаем, что именно в этот период времени, каноники Нарбонна оправдывали новизну конструкции кафедрального собора Сен -Жюст-Сен-Пастер необходимостью подражать «благородным и величественным церквам…королевства Французского». Поэтому в данном случае мы можем говорить лишь о первоначальном этапе, — этапе прямого заимствовании готических программ «лучистого стиля» Парижа, который способствовал выработке своих, «окситанских» готических программ. Изучив и овладев новым, «северофранцузским» способом формообразования, мастера Лангедока смогли найти свои идейно — художественные прграммы, которым больше соответствует скромная приходская церковь Сен-Мишель в Нижнем Каркассоне (Бастида). Кроме того, поскольку на родине готики строительство большинства «великих» соборов, аббатств и монастырей в готическом стиле, начавшееся гоаздо раньше, подходило к концу, хотя зи авершилось еще далеко не везде, центры строительной активности во Франции все отчетливей смещаются к периферийным регионам страны. Можно предположить, что принципы «лучистой» готики воплощенные в соборе Сен-Назер-Сен-Сельс в Каркассоне пробудили некий «творческий зуд», своего рода «архитектурное самосознание» зодчих Лангедока, которые, овладев творческими навыками и архитектурно -художественными программами «завоевателей» решили попробовать свои собственные силы в привычном для них направлении. И своеобразную пробу этих творческих сил мы можем наблюдать в готических «экспериментах» церкви Сен -Мишель в Каркассоне, иконографию которой мы уже рассматривали выше. Однако, несмотря на это предположение, стоит констатировать тот факт, что без изучения идейно-художественных программ, заложенных в соборе Сен — Назер, дальнейшее исследование особенностей культовой готики Лангедока было бы просто невозможно. Именно поэтому архитектурно — художественный ансамбль кафедрального собора Сен-Назер-Сен-Сельс и включен в рамки нашего исследования.