Готические церкви Средневековья

ИСТОКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ УКРЕПЛЕННЫХ КУЛЬТОВЫХ СООРУЖЕНИЙ «EGLISES — FORTIFIEES» ОКСИТАНИИ

By 2 июля 2019 No Comments

Опыт возведения укрепленных церквей (eglise fortifiée) на территории Европы, вообще, и на территории Окситании, в частности, имеет весьма древние истоки. И хотя наиболее старые «églises — fortifiées», сохранившиеся до наших дней, берут свое начало со второй половины XI в., когда начинают возводится первые каменные церкви-донжоны (церкви укрепленного типа — т. н. eglise fortifiee), тем не менее, сегодня мы достоверно знаем, что культовые христианские сооружения (приходские церкви, соборы, монастыри, часовни) с самых первых веков своего возникновения в IV — V вв. уже обладали «правом убежища» (лат. — jus asyli), которое законодательным порядком было признано за Церковью при Феодосии II (431 г.), и в дальнейшем обычно подтверждалось светскими властями.  Это право подразумевало под собой, кроме всего прочего, и возможность служить местом укрытия во время многочисленных войн раздиравших и пространства Европы и территории Окситании и в эпоху поздней Античности и в эпоху почти всего Средневековья.23 Изначально культовые христианские сооружения использовались в качестве убежища при нашествии многочисленных племен «варваров» (во времена «Великого переселения народов»), затем во времена экспансии воинов Ислама, далее в эпоху постоянных набегов викингов, и затем во времена почти постоянных феодальных и религиозных войн (с неизбежными бесчинствами отрядов наемников и мародеров — рутьеров). На долгие, долгие времена, западная христианская Церковь воспримет такое использование культовых религиозных сооружений, как неприятную необходимость. Вопрос состоял лишь в том, что подчас это «право убежища» не соблюдалось даже дружинами и армиями христианских правителей, не говоря уж о войсках арабских халифов, доходивших в VIII столетии практически до Пуатье или «язычников» — викингов, наводивших ужас на всю Европу.

На всем протяжении Средневековья мы также постоянно встречаем примеры перенесения наиболее ценных христианских реликвий в отдаленные укрепленные монастыри или укрепленные церкви, подальше от военных опастностей. Так, например, святые мощи св. Бенуа (Бенидикта) Нурсийского (+529), аббата монастыря Мон -Кассен (Монте- Кассино), (свод «Правил» которого, был принят первоначально около 620 г. в аббатсве Отрив (епархия Альби), а затем во Флери-сюр-Луар (Сен- Бенуа) и стал в дальнейшем основой западного Бенедиктинского монашества), были спасены и перенесены около 672 г. в Галлию из разграбленного арианами -лангобардами аббатства Монте-Кассино (Ломбардия). Видимо не сильно уповая на соблюдение «священного права убежища» в эти «Темные века» местные жители и духовенство издавна стремились возводить культовые христианские сооружения таким образом, чтобы они в случае необходимости могли создать хотя-бы некоторую защиту укрывшимся в них жителям. Во многих городах, храмы, возводившиеся в эти неспокойные времена, чаще всего стремились соорудить прилегающим непосредственно к крепостным стенам. Например в городке Теруане (Terouanne) при сооружении церкви строители просто «наложили» полукруглую апсиду на уже существующий до этого галло-романский пояс городских стен, образовав своеобразный гибридный «культово-фортификационный» интерьер. Известно, что подобное строительное решение было реализовано в эпоху раннего средневековья во многих городах, например в Дижоне (Dijon), Туре (Tours), Ле Мане (Le Mans), Анжере (Angers), Нанте (Nantes), Суассоне (Soissons), Нуайоне (Noyon), Сенли (Senlis), Колонь (Cologne), Бурже (Bourges), Каоре (Cahors), Бордо (Bordeaux), Родезе (Rodez), Тулузе (Toulouse), Сен-Лизьере (Saint-Lizier). 

«Великое переселение народов», мощными потоками захлестнувшее и систематически разрушавшее Римскую империю, и как следствие этого — ускорившее процесс образования т. н. «Варварских королевств» на римских землях, были изначально основными причинами которые вынуждали Церковь придавать своим культовым сооружениям фортификационный характер, приспосабливая их к обороне от частых и внезапных набегов незваных пришельцев.  В римском обществе, которое распадалось под ударами свежих сил, Христианская Церковь, хранительница культурного наследия римской цивилизации и ее сокровищ, была подвержена нескончаемым грабежам как на севере и западе Галлии (германцами и норманнами), так и на юге Галлии и Испании (арианами-вестготами и сарацинами). Немецкий ученый Ульгорн (Uhlhorn) замечательно точно характеризует роль Церкви в эту переломную эпоху истории: «Что стало бы с Римским государством без христианства! Одним Церковь оказала помощь, несчастья других облегчила, иным осушила слезы. Древний мир должен был умереть, и этого предотвратить было не в состоянии христианство, но оно, по крайней мере, сделало то, что умирающий мир нашел в нем утешение и успокоение. Церковь присутствовала при последнем часе умирающего, окружая его нежной заботой и облегчая его с такой гуманностью, о которой древний мир даже в цветущее его время и понятия не имел ». И далее Ульглорн отмечает: «Вот над страной пронеслись полчища диких народов, села и города лежат в пепле, но продолжает жить христианская Церковь и начинается ее деятельность. Храмы, капеллы, госпитали и монастыри, богадельни снова возникают, эти здания прежде других поднимаются из пепла. Организуется помощь потерпевшим, церковные житницы растворяются, несчастные жители имеют хлеб и питье. Церковь не отказывает им и в крове. Вместе с материальной помощью получают они и духовную. А народ, бывший причиной общественного бедствия, народ варварский, непривыкший к труду, презирающий труд, под благодетельным влиянием монастырей приучается к труду. Монастыри везде были исходными пунктами новой культуры».

По мере относительной стабилизации варварских набегов к VIII в. у Церкви появляется новый «враг», не менее жадный и хищный чем варвары и мавры — свой же «брат во Христе» местный феодал (алчность и жестокость которого порой была не меньше чем у «нехристей»). Картулярии старешего аббатства Сен Бертен (Cartularie de Saint-Bertm, par Guerard. Preface, p. XLIV.) поведали нам о том, что в IX в. аббатству приходится защищаться на два фронта: от норманнов и местного графа Бодуэна Фландрского, захватившего монастырь Сен-Бертен (а затем и аббатство Сен-Омер) в 900 г. и превратившего его в свой укрепленный замок, не забыв конфисковать в свою пользу богатства обители. Так, что после неверного и еретика, естественным врагом Церкви частенько становится местный сеньер, человек жестокий, алчный и воинственный. Такова была эпоха и таковы были условия, которые могут объяснить нам почему Церкви приходилось заранее прибегать к поиску средств защиты при возведении культовых христианских сооружений практически повсеместно. Причем подобная картина наблюдается в указанный период как на христианском Востоке (например, в Египте — где монастыри становятся настоящими крепостями),  так и на христианском Западе — где первоначально аббатства и церкви укреплялись весьма поверхностно (например, ранний план аббатства Сен — Галль).  Обилие строительного леса на просторах Британии, Германии, Галлии и Ближней Испании в V — IX вв.

На Юге Франции распространение монастырей связано с именем Преподобного Иоанна Кассиана (ок. 360 — 435), ученика знаменитого Константинопольского патриарха и учителя Церкви — Св. Иоанна Златоуста. В 404 г. Кассиан прибывает в Рим к папе Иннокентию I с посланием от Константинопольского клира просить защиты несправедливо осужденному и сосланному Константинопольскому патриарху св. Иоанну Златоусту, но когда его миссия не имеет успеха, Иоанн Кассиан остается на Западе. В Риме Кассиан сближается с будущим папой Львом Великим, а около 410 — 416 гг. преп. Иоанн прибывает в Марсель где и основывает два наиболее известных и прославленных монастыря: мужской — монастырь Сен-Виктор и женский — Христа Спасителя.  Здесь Кассиан пишет свои знаменитые книги: «О постановлениях киновитян» (Institutes) и «Собеседования египетских подвижников» (Conferences), в которых он, основываясь на своем опыте, приобретенном в египетских пустынях, пытается соединить общежительный уклад с высоким подвижническим духом отшельничества.

Хотя стены и башни монастырских укреплений Сен -Виктор была окончательно перестроена во времена понтификата Урбана V, однако общая схема и система укреплений XIV в. сохраняла в целом свой архаичный характер V — VI вв., и во многом напоминает фортификационную систему Леринского монастыря Сен — Гоннорат (8ат1- Ноппога1 бе Ьепш), который в Средние века считалась самой передовой крепостью всего средиземноморского побережья Южной Франции и Каталонии.   Основателем и аббатом Леринского монастыря на уединенном «Острове Святых» в V в. был св. Гонорат епископ Арльский (+426), а затем преп. Фавст епископ Регийский (+490), — второй из великих отцов Галльского монашества после Иоанна Кассиана, оказавший огромное влияние на знаменитого свт. Кесария Арльского (480-542). Примерно к XI столетию Леринское аббатсво стало представлять собой мощнейшую крепость, способную противостоять и многочисленным пиратам и сарацинам, благодаря огромному квадратному донжону, возведенному на утесе. 

Походы Карла Великого и его сына Людовика Благочестивого против мавров в УП1-1Х вв. передвинули границу «христианского мира» от Пиренеев до реки Льобрегат на юге Барселоны и способствовали созданию т. н. «Испанской (франкской) марки», управляемой графами. Началась кристаллизация марок в независимые единицы, опорными центрами которых часто становились замки, укрепленные монастыри и церкви, поскольку вокруг них быстро росли города и деревни, — так как крестьяне (pagesos) заселяли освободившиеся земли Каталонии и Руссильона. Например, в документе сообщающем об освящении собора города Ургель в 839 г. уже упоминаются 280 укрепленных церквей в Ургеле, Бергеде, Серданье, Риполи, Кардоне и пр.  Среди графов «Испанской марки» второй половины IX в. особенно выделялся «граф и маркиз Барселоны» Гифре эль Пилос (Вильфрид Волосатый, ум. в 898 г.), который дальновидно и энергично осваивая отвоеванные у мавров территории с энтузиазмом помогал Церкви возводить многочисленные укрепленные монастыри и церкви, служившие опорными пунктами против неверных. Сегодня достоверно известно, что при его непосредственном участии были возведены укрепленные монастыри: Санта-Мария де Формингера (873), Санта-Мария де ля Грасса (878), Сан-Жоан де Риполь (885), Сан-Жоан де лес Абадессес (887), Санта-Мария де Риполь (888) и Сан-Пьер де Риполь (890). Именно с Гифре эль Пилоса, с 870 по 878 гг. захватившего и объединившего марки Барселоны, Ургеля, Серданьи, Осоны, Жероны и Руссильона, берет начало государство графов Барселонских (будущая Каталония). К сожалению в современной Каталонии сохранилось не так много укрепленных монастырей и церквей того периода, но кое-какие фрагменты культовой христианской архитектуры первого тысячелетия можно увидеть, например, в монастыре Сан-Фелиу де Гуисоль на Коста- Брава (железные ворота — Порта Феррада) или церковь Сан-Эстебана в Вульпеллаке в Вилананте. Маленькая Санта-Пау дель Камп — старейшая церковь в Барселоне со своей приземистой восьмиугольной башней и грубыми толстыми стенами и колоннами УЛ-УШ вв. — напоминает скорее рыцарский замок, нежели культовое сооружение, именно потому, что в XII в. она находилась в чистом поле, за пределами городских стен. Сохранившиеся постройки периода Гифре эль Пилоса также можно увидеть в укрепленном бенедектинском монастыре Санта-Мария де Риполь в городе Риполе (впрочем, сильно перестроенном при настоятеле Раймоне де Берга в 1171-1205 гг.) и в монастыре Сант-Жоан де Лес Абадессес (сохранилась монастырская церковь 898 г.) в долине реки Тер, недалеко от Риполя.

Стоит отметить тот факт, что подобная оборонительная функция монастырей не являлась чем-то исключительным в эти неспокойные времена, наоборот, и на юге и на западе и севере Европы монастыри практически повсеместно выполняли задачи фортификационного характера. Например, на берегах Ла Манша монастырь Мон — Сен — Мишель (Mont Saint-Michel) выполнял аналогичную функцию против набегов норманнов и англичан. Сохранившийся до наших дней монастырский ансамбль Сен-Мишель, представляет собой удивительное сочетание архитектурных конструкций различных эпох, и здесь мы легко можем проследить развитие фортификации на протяжении по меньшей мере четырех веков. Аббатство Мелизье (Maillezais), разрушенное норманнами в 1082 году и после восстановления снабженное мощьной оборонительной системой, выполняло подобную роль на побережье Океана. Континентальная Франция демонстрирует нам подобные примеры укрепленных монастырей, например, таких как Сен-Мартин де Канигу (St.- Martin-du-Canigou) в Руссильоне, возведенный в X столетии и сохранившийся до наших дней.