Главные элементы фасадов — эркеры, балконы и щипцы

Оригинальны вариации небольших прямоугольников, чуть выступающих из плоскостей стен. Эти «кубистские» детали — приметы нового формообразования. Былое фактурное разнообразие зданий «северного» модерна сведено здесь к единой поверхности серой терразитовой штукатурки. Она расшита тонким заметит коренастые мужские фигуры с мощной мускулатурой, группы ассирийских или тевтонских воинов, могучих атлантов, изнемогающих под тяжестью эркеров, обнаженных девушек у пылающих жертвенников, пышнотелых дам, полных чувственного соблазна, диковинных птиц, маски с разинутыми ртами, букрании, корзины и вазы с цветами и плодами, орнаментальные вставки.

Рельефам свойственны обобщенный лаконизм условно-декоративной стилизации, напряженная экспрессия, достигающая драматического звучания, утрирование черт, граничащее с гротеском. Суровая сила изображений символизирует тяжесть каменных масс. Лишь иногда это впечатление сменяется мягкой пластикой и изяществом декора. Весомая осязаемость и объемность форм убедительно сочетается с гра- фичной геометризацией рисунка, естественно переходящей в орнамент. Изображения соподчинены плоскости, жестко вкомпонованы в прямоугольники. Проработка рельефов во многом обусловлена особенностями материала — бетона. Скульптурное убранство обогащает неоромантический образный строй ансамбля. Здесь достигнуто глубинное взаимодействие декоративной пластики и архитектуры.

Кем были созданы рельефы, остается загадкой. Есть недокументированное свидетельство, что они выполнялись по эскизам одного из квартирохозяев Бассейного товарищества гражданского инженера В. Н. Пясецкого 235. Неординарный архитектор, разносторонний

специалист, педагог и знаток искусства, он, конечно, мог принимать участие в оформлении комплекса. Но скорее напрашивается предположение о ведущей роли Николая Васильева — великолепного рисовальщика, автора уникальной декорации дома Бубыря на Стремянной улице. Рельефы исполнены на высоком профессиональном уровне, но имена скульпторов, лепщиков также, к сожалению, неизвестны.

Бассейное товарищество предназначалось для солидной зажиточной публики, но в первую очередь — для «интеллигентских кругов»236. Все квартиры предполагалось обеспечить лифтами, водяным отоплением и горячим водопроводом, вентиляцией и пылевысасывающими устройствами. Железобетонные конструкции подвалов и мансард были выполнены заводом «Бодо Эгесторф».

Вскоре этот образцовый, в истинном смысле элитарный комплекс превратился в коммунальное жилье. К концу минувшего века он пришел в аварийное состояние. Такова судьба многих памятников архитектуры модерна, все более остро нуждающихся в реанимации.

Ансамбль Бассейного товарищества — произведение во многом итоговое для петербургского модерна. Он вобрал в себя основные приемы и находки неоромантической «северной» модификации нового стиля и вместе с тем стал еще одним шагом к функциональной архитектуре. В организации огромного жилого комплекса с кооперативными квартирами проявились новые подходы к активному овладению пространством, к созданию комфортной и эстетически полноценной среды обитания. Этот ансамбль остался масштабным и впечатляющим символом эпохи модерна.