ДОХОДНЫЙ ДОМ Ф. И. ТАНСКОГО

ВРЕМЯ постройки этого здания, принадлежавшего купцу, владельцу торгового дома по продаже автомобилей Ф. И. Танскому 17°, совпадает с переходом к заключительной фазе петербургского модерна. Фасад дома, включенный в сплошную застройку, пронизан беспокойным движением. Он словно колышется и пульсирует под давлением тектонических сил. Почти агрессивная активность крупных объемно-пластических форм и дробная размельченность обильного декора уничтожают фасадную плоскость. Неровной вибрации поверхности вторит волнообразный контур верхних этажей. Тяжеловесная кубическая башня с неуклюжим шпилевидным завершением вносит резкий вертикальный штрих в силуэт улицы.

Сложная, многослойная, полная внутренних конфликтов композиция сбалансирована по симметрично-осевой схеме. Главными организующими элементами являются цилиндрические эркеры — более массивный в центре и меньшего сечения по краям. Эти округлые объемы как бы вспучивают стену-оболочку, натягивая ее до предельного напряжения, и прорываются частыми окнами, а вверху обращаются в трехгранные стеклянные призмы. Над боковыми эркерами стена вырастает мансардными надстройками. Среднюю ось акцентирует массивная башня, поставленная чуть в глубине, что подчеркивает простран- ственность и вертикальную устремленность композиции. Три цилиндрических эркера схвачены по горизонтали двумя поясами балконов. Все объемные структурообразующие элементы составляют костяк фасада, укрупняющий его масштаб.

Между большими эркерами и ленточными балконами архитектор вкомпоновал две сплоченные группы малых эркеров со стеклянными гранями. Это самая интересная находка Карла Бальди. Фасад превращен здесь в складчатую стеклянную поверхность, полностью растворившую массу стены. Такое решение придавало новое пространственное звучание интерьеру: комнаты теряли свою замкнутость и раскрывались вовне эффектной игрой выступающих вперед прозрачных граней. Трехгранный остекленный эркер на металлическом каркасе — излюбленный, ставший традиционным мотив модерна. В петербургском строительстве его разрабатывали Л. Н. Бенуа, А. И. Стюн- кель, В. В. Шауб, братья Косяковы, Б. И. Гиршович. Бальди выявил кристальную чистоту стеклянной призмы и решился на ее многократное повторение, добившись новой эстетической выразительности объемного остекления, активной интеграции внутреннего и внешнего пространств. Здесь он во многом приблизился к лексике конструктивизма.

Другое дело, что хрупкое изящество и геометрическая четкость стеклянных эркеров вступают в напряженные, даже конфликтные отношения с грубовато весомыми цилиндрическими объемами, беспокойно усложненной верхней частью и затейливой, насыщенной деталировкой нижележащих этажей.

Фасад грешит переизбытком и разнородностью форм, что делает его почти эклектичным. Здесь как будто одновременно включены разные регистры. Вакханалия кривых линий, свойственная раннему модерну, сталкивается с рваной фактурой темно-серого гранита, строгим гео- метризмом эркеров и классицизирующими деталями балконных решеток. Декор сконцентрирован в нижней части фасада и рассчитан на восприятие с близкой дистанции. Устойчивость основания, разъятого широкими витринами и воротным проездом, подчеркнута гранитной облицовкой. В лепке и металлическом кружеве стилизованные растительные узоры непринужденно переходят в абстрактный орнамент, а в завершениях каменных столбов- простенков с трудом узнаются деформированные ионические капители. Репрезентативный вестибюль парадной лестницы со стенами зеленого мрамора, лепным фризом и кессонированным плафоном выдержан в суховатых неоклассических формах, почти без налета модерной стилизации. В том же характере оформлен проезд во двор: стены обработаны пилястрами и арочными нишами. Вместе с тем отделка квартир отмечена печатью модерна. Двери имеют криволинейные навершия и фигурные прорези, на потолках — лепные венки, ленты и гирлянды, завитки и цветы. Фотография Несомненно, Бальди стремился создать оригинальную композицию, но это не мешало ему ориентироваться на контекст среды. Трехосевая схема фасада с эркерами и центральной башней вторит соседнему дому В. Г. Чубакова (№ 23), сооруженному в 1902-1903 гг. в духе югендстиля 71. Шпилевидное венчание, претендующее на роль вертикального акцента улицы, перекликается с открывающейся в ее далекой перспективе колокольней Петропавловского собора. Впрочем, завершение со шпилем Бальди сделал раньше на здании Центральной телефонной станции (1903-1904, Б. Морская ул., 22).

Дом Танского занимает глубокий участок, обстроенный по периметру и поделенный поперечным корпусом на два замкнутых двора.

Сильные заглубления в углах и уступчатый абрис плана позволили увеличить периметр стен и число освещенных помещений. В отличие от большинства петербургских строителей, Бальди наделил внутриквартальную среду художественными качествами. Это проявилось и в деликатной стильной обработке фасадов, но главное — в удачно найденном соотношении высоты корпусов и дворовых пространств, в пластической экспрессии общих масс и функциональных элементов: эркеров, лоджий, многочисленных балконов. Особенно выразительны динамично сочлененные ризалиты, треугольные эркеры и балконы в первом дворе. Украшением его служит фонтан с гранитным обелиском. Он довершает впечатление уютной обустроенности участка, Первыйдвор даже вносит оттенок парадности. с фонтаном