ДОХОДНЫЙ ДОМ 3. Н. ЮСУПОВОЙ

В XIX в. на участке, принадлежавшем известной аристократической фамилии князей Юсуповых, графов Сумароковых-Эльстон, стояли четырехэтажные лицевой корпус и дворовые флигели. Проект расширения дома, разработанный по заказу княгини 3. Н. Юсуповой гражданским инженером Л. В. Шмеллингом при участии Ю. Ф. Стравинского, был утвержден Городской управой 12 июля 1902 г. Старые строения, доходившие примерно до половины глубокого (145 метров) двора, выросли на этаж. Все фасады получили оформление в новом стиле. В глубине, по периметру участка, были возведены новые пятиэтажные флигели, а также поперечный корпус, поделивший территорию на два двора. Все эти изменения отражали общий процесс повышения и уплотнения городской застройки. В конце мая 1904 г. состоялось освящение полностью обновленного жилого дома 54.

Дом Юсуповой интересен прежде всего стремлением к эстетизации внутриквартальной территории. Дворы дома — это не унылые «колодцы», не задворки парадной зоны, а художественно полноценная среда, не уступающая уличной застройке. Но если фасад составляет лишь внешнюю плоскость, соподчиненную с соседними зданиями, то дворы предстают законченным и целостным пространственным образованием, организованным как стильный ансамбль. Разумеется, архитектор и заказчица преследовали не только эстетические, но и меркантильные л. в. шмеллинг. цели: «Надворные фасады обработаны тщательно и настолько богато, План первого что впечатление двора совершенно теряется, а потому и расценка этажей дворовых квартир может быть сделана значительно дороже нормальной.

Взаимосвязь дворовых пространств обеспечивает огромная арка, прорезающая поперечный корпус. Она открывает красивую глубинную перспективу, привносит ощущение простора, парадности и даже театральности. Острота впечатления усилена перепадом высот — уровень земли второго двора поднят более чем на метр, так как под ним устроены дровяные склады. Прием объединения пространств широкой и высокой аркой был подсказан, очевидно, домами Ратько- вых-Рожновых, возведенными в 1898-1900 гг. П. Ю. Сюзором (ул. Пестеля, 13-15; Кирочная ул., 32-34). Но если там арки вели с улиц, открывая перспективы дворов извне, то Шмеллинг умело обыграл тот же эффект для решения более локальной задачи — организации замкнуто-целостной внутриквартальной среды. От набережной дворы скрыты лицевым корпусом, что лишь подчеркивает их самостоятельную значимость.

Фрагмент Периметральное расположение корпусов, так же как нейтральная ^фасада сетка окон» были обусловлены существовавшей ранее застройкой участка. Фасады возведенных заново звеньев облицованы на верхних этажах охристым кирпичом. Соединенные сеткой полос оконные обрамления составляют визуальный «каркас» стен. Стандартную структуру Шмеллинг внешне трансформирует орнаментальными средствами. Именно декор придает всем фасадам ярко выраженные черты Фрагмент нового стиля. Орнаментальный слой чрезвычайно активен, заряжен могучей «витальной» энергией. Он передает свои импульсы ставшей подвластной ему стенной поверхности; вовлекает в вакханалию текучих, струящихся, напряженно вибрирующих форм простые прямоугольные проемы.

Плоскорельефный декор состоит из растительных (ветки лавра, цветы) и абстрактных элементов. Преобладают мотивы венского Сецессиона — параллельные бороздки, круги, пересеченные полосами и т. п. Но в отличие от вагнеровского стиля, они лишены геометрической четкости. Эти формы как бы отекают, сжимаются, пружинят. Рисунок их отчасти напоминает линеарные конструкции X. Ван-де- Вельде, свободно растущие композиции ар нуво. Важнейшими структурными элементами дома Юсуповой являются балконы с коваными ажурными решетками. Внутреннее движение, мощная энергия орнамента получают в «железном кружеве» (пока — прекрасно сохранившемся) еще более активное звучание, чем на стенной поверхности. Узор ограждений балконов, оконных решеток, кронштейнов исключительно разнообразен. Геометрический рисунок сменяется ломкими, прихотливо-сплетенными или напряженно-изогнутыми линиями.

Стремление к новизне и остроте стилевого решения проявилось и в некоторых интерьерах. «Следует упомянуть о двух квартирах, расположенных в мансарде над лицевым флигелем,— отмечал в 1904 г. журнал „Зодчий“.— Неправильное очертание и высота комнат, <…> верхний и отраженный свет, вся отделка в новом стиле, панели из разноцветного дерева, плафоны, камин, уборные с мраморными ваннами придают этим квартирам особый интерес»56.

Шмеллинг уделил повышенное внимание не только архитектурной отделке, но и техническому оборудованию дома. Во втором дворе под землей были устроены дровяные сараи с железобетонными сводами системы Геннебика на бетонных столбах, с люками и иллюминаторами. Для доставки дров использовались электрические подъемники. Кухни были снабжены мусоропроводами, а в подвале работала мусоросжигательная печь, нагревавшая воду для прачечной.

Благодаря сильной вентиляции в жилые и служебные помещения постоянно поступал свежий воздух.

Квартиры имели «много удобных хозяйственных приспособлений; нет уголка в коридоре, где бы не было шкапчика, чуланчика, холод- ника для провизии и других удобств» 57. Во всем этом отразилось стремление к обустроенности и комфорту, разумному использованию каждого квадратного метра, что отвечало интересам и квартиросъемщиков, и владельцев.

Еще в 1900 г., обсуждая появление нового стиля, петербургские архитекторы считали заслугой модерна то, что он обратил «внимание на внутренность зданий, этих однообразных каменных ящиков, оставленных нам прежними стилями, Арка приспособляя их к потребностям современной жизни и не задумыва- пР0езда ясь для достижения этого отступать от общепринятых наружных форм. Склонность нового искусства применять в своих произведениях кривые линии отнюдь не должна быть поставлена ему в упрек, так как она навеяна изучением той же природы, где прямых линий мы почти не встречаем»58. Эти суждения вполне можно отнести к дому Юсуповой.

Хотя прежняя застройка участка сковывала архитектора, он создал оригинальную и выразительную композицию дворовых пространств, перенеся на них акцент с внешнего фасада. По формообразующей активности орнаментального слоя дом Юсуповой сопоставим с немногим более поздними жилыми зданиями на Большой Зелениной улице, 28, и набережной Пряжки, 34 б.